Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
17:16 

.aku
Верноподданная королевства Като.
Перекину сюда более ли менее фендомные вещи. Мало ли, вдруг кому-нибудь надо.

Космохрень. Единственное, что мне самой нравится в этом фике, это сюжет. Хотя он даже на одну треть не появился. *рукалицо"
Предупреждение: овердохрена сомнительного текста и незаконченность.

Название: Самый лучший фик, который считает себя настолько классным, что отметает любые названия, которые предлагает автор. ♥
Автор: .аku
Рейтинг: PG-13
Жанр: Космоопера, приключения
Персонажи: NEWS вшестером + в этой части немного: Аканиши Джин, Токуда Казуо имя героя Шиге из траблермена.
Пейринги: ТегоПи, РёПи
Для larrythemidnighter. Ларри, очень надеюсь, что тебе понравится.
Описание: NEWS – это самое дурацкое название для звездолета, которое я слышал в своей жизни!
Предупреждение: персонаж!не человек, автор не смог удержаться от идеализации героев, а также наркотики, упоминание проституции и работорговли. Помимо заявленных персонажей в пейрингах остальные сугубо гетеросексуальны или скрывают свою ориентацию даже от автора. Также присутствуют аллюзии с сериалом «Светлячок». Ах, да! Чуть не забыла сказать, что я очень плохо разбираюсь в армии.
От автора: Я давно вынашивала эту идею с Тегоши и Ямапи. Все началось с одной единственной шутки, которая появится еще не скоро, но с нее завертелась вселенная, в которой такое ТегоПи могло бы существовать. А еще один момент с Рё, который тоже будет не скоро, но он является неотъемлемой частью этой вселенной. Две маленькие ситуации, которые могли бы стать драббликом, но превратили фик в монстр. хДДД Спасибо, ребята! Вы слишком хороши, чтобы стать персонажами всего лишь драббла. Насчет стиля моего изложения. Поскольку, по сути, у меня нет опыта написания приличных фиков, и я была слишком взбудоражена во время написания этого, то повествование может хромать на обе ноги. Если говорить честно, то не факт, что будь я читателем, способ передачи идеи мне бы понравился. Но как оказалось, я просто получаю удовольствие, заставляя персонажей плясать под дудку моего воображения. Надеюсь, и вы получите удовольствие от чтения.

Часть 1.
(ОМFG, ~7000 слов)

Ямашита Томохиса славился своей не конфликтностью и умением справляться с любыми трудностями, стоящими на пути студента Военной Имперской Космической Академии. Но, к сожалению, об этом вспоминали гораздо реже, чем о его происхождении. «Аристократ», - возбужденно шептали ему вслед. Из-за того, что мать Ямапи была двенадцатая в списке претендентов на престол Империи, преподаватели смотрели на его немногочисленные огрехи сквозь пальцы, а товарищи либо восхищенно мельтешили рядом, либо сознательно обходили стороной.
Хотя Томохиса мечтал о том, чтобы о его происхождении не было известно в академии, спустя время, смирился, что от внешнего мира и других людей его отделяет стена из титулов, заботливо воздвигнутая давними предками. Впрочем, через пять месяца после начала учебы Ямапи представился случай стать ближе к товарищам, но он ему был совершенно не рад. Возможно, для кого-то представлять свой взвод на дуэли - лучший способ завоевать доверие, но Ямапи предпочитал менее травматичную тактику.
Во внезапно вспыхнувшей потасовке были виноваты Аканиши и Мацумото. Обычно этим двоим не нужен повод, чтобы превратить столовую в поле боя, но сегодня предметом яростной перепалки стал сам Ямашита, а Джин не нашел ничего лучшего, чем бросится на защиту лучшего друга, не думая о последствиях.
В космических войсках существовало негласное правило: пилоты и десант не могут быть друзьями. Несмотря на увещевания командования и пропаганду всеобщего объединения атмосфера между этими отделениями стояла напряженная. Десант презирал пилотов за элитарность и то, что те всегда попрекали десантников происхождением: мясом на поле боя мог стать любой желающий, а пилотировать космические корабли дозволялось лишь детям из богатых семей или знати. Любой промах не оставался незамеченным и оборачивался насмешливыми взглядами. Поэтому, когда Ямапи благодаря только своей фамилии получил высокий бал за откровенно провальный тест по рукопашному бою, это стало достоянием злых шуток десанта. Мало было Пи ухмылок с их стола, так теперь из-за горячности Аканиши придется участвовать в запрещенной командованием дуэли с Коямой, которого он видит первый раз в жизни.
Любые ссоры между студентами академии пресекались на корню и строго наказывались, но от этого драк не становилось меньше, просто они превратились в дуэли в один на один. В этих дуэлях отделение было вольно выбрать себе противника из взвода соперников. Десант выбрал Ямапи из-за пресловутого теста, а пилоты – Кояму, так как тот славился мягким характером и открыто поддерживал политику дружеских отношений между студентами любых отделений. Время встречи выбрали после отбоя, секундантами назначили Аканиши и Мацумото, о желании участвовать у самих Ямашиты и Коямы никто не поинтересовался. Защита чести взвода на дуэли считалось обязательным долгом перед товарищами.

***
Кояма нервно курит и вертит в руках нож. На площадке за ангарами с учебными воздушными кораблями слепое пятно камер слежения, нет датчиков движения и совершенно тихо, но он вздрагивает от каждого порыва ветра. Если об этой дуэли узнают в руководстве, то он может вылететь из академии, и тогда прощай кредиты, которые государство исправно начисляло на его счет в конце каждого месяца. Кояме совершенно не хочется потерять единственную возможность помочь своей семье из-за глупой ссоры, в которой он даже не принимал участия.
Когда Кейичиро окончил школу, то не смог поступить в университет или найти работу. На его родной планете назревал экономический кризис, семейный бизнес приносил одни убытки, а военная академия была единственным местом, где неплохо платили. И вот теперь его жизнь висит на волоске из-за людей, с которыми он за все время учебы ни разу не разговаривал. Кояма делает длинную затяжку и неодобрительно смотрит на Мацумото, который подозрительно расслаблен.
- Спокойнее, ты уделаешь его в два счета, - улыбается Джун. - Маменькин сынок даже нож в руках держать не умеет.
- Кто это не умеет? – раздается из-за поворота возмущенный вопль Аканиши. – Мы еще посмотрим, кто кого уделает. Правда, Пи?
Ямашита только кивает и достает из сумки свое оружие.
- Правила знаете, - переходит на деловой тон Мацумото. – До первой крови, по лицу не бить, кости не ломать, - он ухмыляется Кояме, который выбрасывает окурок и делает шаг вперед. Потом, чтобы дать пространство дуэлянтам, Джун за рукав оттаскивает Аканиши к стене ангара.
- Раз, два. Начали! – возбужденно говорит Джин и хлопает в ладоши.
Первые несколько ударов Ямапи удается блокировать, но четвертый он пропускает и сгибается пополам от боли. Пи ждет, что Кояма ранит его ножом, но тот делает подсечку и Ямашита неловко падает на вымощенную асфальтом площадку. Мацумото смеется почти в голос, на что Аканиши бьет его по плечу и обиженно тянет:
- Он только споткнулся.
- Ага, об ногу Коямы.
Ямапи уворачивается от удара в живот и краем глаза замечает движение в узком проходе между ангарами. Он показывает за спину Коямы, который отвлекается и получает несильный пинок в лодыжку. Мацумото тоже поворачивает голову в сторону прохода и раздраженно шипит:
- Засекли.
Кейичиро остается только мысленно попрощаться с кредитами и подать руку лежащему на земле Ямапи.

Ямашита скучающим взглядом изучает кабинет капитана. Мастерские выпытывания подробностей проходят мимо его внимания: он занят изучением корешков книг, стоящих полках кабинета. Отец Томохисы консул, и капитан вряд ли когда-нибудь узнает детали именно от Пи. Когда в разговоре, вернее монологе, мелькает слово «нападение», Томохиса понимает, что руководство намерено возложить всю вину на Кояму. Ямапи никогда не считал себя благородным человеком, хоть мать любит говорить о нем именно так, но и к подлецам не причислял. Ему становится не по себе от мысли, что он может даже не получит выговор, в то время как Кояму скорее всего исключат. Ямашита безразлично пожимает плечами и заявляет, что сам вызвал десантника на дуэль. Такого удивленного выражения на лице капитана он еще не видел.
Ямапи наказывают. Но неделя, проведенная взаперти, не кажется ему достаточно строгой мерой. Джин договаривается с охраной и протаскивает книги. Это даже отдаленно похоже на каникулы, которые Ямашита проводит вдали от километровых пробежек под дождем и постоянной муштры. Если закрыть глаза, можно представить морские волны, омывающие пляж перед семейным особняком на Терре, и не беспокоится о том, чтобы постоянно держать лицо, внутренне мучаясь от невозможности просто подойти и поболтать с теми, кто ниже его по статусу. Когда Ямапи отпускают, то первое о чем он спрашивает Джина, это Кояма. В глазах Аканиши сквозит недоумение, но он делится подробностями свежих слухов о «том парне». Джин считает, что Пи поступил глупо, и теперь большинство уверенны в победе Коямы.

***
Сегодня у Аканиши выходной и он, напевая, вертится вокруг зеркала. На подначивания Пи о том, что такие дурацкие белые толстовки уже тысячу лет никто не носит, многозначительно хмыкает и убеждает Ямапи, что двадцать первый век снова в моде. Аканиши наверняка надеется встретить ту горячую блондинку из бара, с которой познакомился месяц назад и, прежде чем выскочить за дверь, обещает передать привет от лица Пи ее подружке, девушке с ярко выраженным акцентом французских колоний.
Спустя три часа в дверь комнаты робко стучатся. Ямапи готов увидеть любого на пороге любого, кроме Коямы, неловко переминающего ногами. Сделав два шага в комнату, Кейичиро выпаливает извинения и яростно благодарит Ямапи, который жестом пресекает внезапно обрушившуюся на него реку слов:
- Не стоит. Ты не по своей воле принимал участие в дуэли.
Кояма искренне улыбается:
- Я знал, что Ямашита хороший человек.
- Можешь называть меня Ямапи, - говорит первое, что приходит в голову Томохиса.
- Кояма Кейичиро.
- Я запомню имя.
Они молчат еще несколько мгновений, и Ямапи хочется рассказать, что он не просил у преподавателя хорошей оценки и сам удивился, когда увидел высокий бал в табеле. Он знает, что вряд Кояма ему поверит, но, тем не менее, говорит:
- Такидзава сам мне поставил четверку. Я не просил его, - Пи вдруг смущается своих же слов и отводит взгляд, а потом чтобы замять неловкость спрашивает. - На каком ты курсе?
- Втором, мне девятнадцать. После того, что ты сказал капитану, я сразу же подумал, ты этого не делал, - Кояма кивает и возвращает взгляд на лицо Пи. – Конечно. Зачем тебе это? Но с другой стороны, почему ты не смог сдать? Разве у тебя дома не обучали или что-то в этом роде? Хотя для первокурсника у тебя неплохие навыки, - трещит он.
- Ты всегда так много болтаешь?
- Да. Извини. Мне часто это говорят. Я, наверное, должен говорить вежливее, да? – словно опомнившись, он делает шаг назад и морщится. – Как там? Ваше превосходительство?
- Нет, не так. Мой титул не настолько высокий. Слушай, давай присядем, - Ямапи жестом показывает на кровать.
Кояма осторожно садится на строго заправленную кровать и кладет руки себе на колени. Он хочет что-то сказать, но Пи его перебивает:
- Обойдемся без церемоний, ладно? Мне и дома их хватает.
- Но… - начинает Кейичиро и Ямапи только машет рукой:
- Я не собирался поступать в Академию, - Кояма удивленно приоткрывает рот, а Пи тем временем продолжает. – И кроме как здесь никогда не участвовал в драках.
- Теперь понятно почему, тебя было так легко сбить с ног.
Ямапи кивает и озвучивает давно вертящиеся на языке слова:
- Ты не производишь впечатления хорошего бойца, - он окидывает взглядом худого, как палку Кояму. – Но тогда явно дрался не в полную силу. Где ты научился так двигаться?
Кояма хитро прищуривает глаза и вытягивает длинные ноги.
- Я в детстве был жуткой плаксой и меня постоянно задирали соседские мальчишки. Так вот мама отдала меня потренироваться, чтобы я смог настучать им в ответ, - он на секунду прикрывает глаза. – А на первом тесте у меня был лучший результат в группе. Правда, мне не нравится насилие.
Теперь настает очередь Ямапи удивляться:
- Что ты тогда делаешь в академии?
- Деньги, - немного замявшись, отвечает Кояма. – Здесь не нужно платить за обучение. После выпуска мне нужно будет только пять лет отслужить. За эти годы можно заработать приличные кредиты.
- Если только кто-нибудь не выкупит твой контракт?
- Да.
- Но тебе придется участвовать в реальных боевых операциях на отдаленных планетах. Я слышал, там сейчас неспокойно.
- Да. Но если со мной что-нибудь случится, моя семья получит страховку.
- Ты что женат? – Ямапи слышал, что на некоторых планетах распространены браки в раннем возрасте.
- Нет, - смеется Кейичиро. – Но мне нужно позаботиться о матери и сестре.
Ямапи качает головой и думает, что его, скорее всего, ждет тихая служба в той части Империи, где о космических пиратах и радикально-настроенных сторонниках свержения действующей власти только рассказывают байки.
- Ямашита… Ямапи, а что если в знак благодарности я тебя потренирую? – неожиданно предлагает Кояма и наклоняется ближе, простодушно, но непозволительно вторгаясь в личное пространство собеседника.
На самом деле, если бы перед Пи стояла острая необходимость улучшить свою технику, то он бы мог попросить помочь преподавателя Такидзаву или кого-нибудь их своих. Но тогда у него не будет возможности познакомиться поближе с человеком более низкого круга. Мать Пи всегда презрительно отзывалась о простых людях, но сам Ямашита почему-то испытывал к ним непреодолимый интерес. Несмотря на многочисленные запреты, дома Пи любил поговорить с обслугой, а когда отец брал его с собой в одну из своих поездок, то старался улизнуть из-под взгляда наставника, чтобы поболтать с местным населением. Так он познакомился с Аканиши. Правда, Джин потом оказался сыном лорда, но это все равно не спугнуло энтузиазм Ямапи.
- Я согласен. Только… - Ямашита делает паузу и Кояма, понимающе кивая, подхватывает:
- Об этом не должны узнать? Вряд ли твои друзья обрадуются тому, что ты будешь проводить время со мной, так?
Пи честно кивает, внутренне радуясь, что не продеться ничего объяснять. Они некоторое время сидят молча. Похоже, Кояма наконец-то осознал, с кем разговаривает, и теперь Ямапи самому приходится как-то оживлять ситуацию:
- Хочешь выпить? – предлагает он. Пи знает, что алкоголь часто равняет людей любого статуса, а он еще надеется разузнать у Коямы особенности жизни на его планете.
- Но, где ты сейчас достанешь выпивку?
- Я живу в одной комнате с Аканиши Джином, - самодовольно отвечает Ямапи и лезет под кровать.

Спустя три месяца, после того, как Кояма нетрезвой походкой вышел из комнаты Ямапи, по академии поползли недобрые слухи, но ни один из них не был правдой. Пи сразу же признался Аканиши в своей возможной заинтересованности в сыне владелицы раменной с третьесортной планеты, но Джина это не смутило. Аканиши всегда был открыт новым контактам, да и предубеждений особых не имел. Он решил, что Пи знает что делает, хотя и немного обиделся. Джин получил за тест по ближнему бою отлично и с удовольствием научил бы друга паре приемов движения бедрами. Пришлось разъяснять, что тренировка – это только предлог познакомиться поближе, что общение с человеком, не различающим титулов, может быть интересно и что на самодовольные лица одногруппников отделения пилотов он еще успеет насмотреться.
Пи повезло: во-первых, Кояма, как и обещал, не сказал никому ни слова, а во-вторых, оказался действительно интересным, хотя иногда сбивал Томохису с толку. Например, он был яростным противником любого насилия и добровольно участвовал в мирном улаживании всех конфликтов, о которых только его чуткая до изменений атмосферы в коллективе душа могла почувствовать. Но с другой стороны, он подал заявку на распределение в группу альфа. Это означало, что если ее утвердят, Кояме после выпуска придется пять лет видеть кровь невинных людей, и возможно чувствовать ее на своих руках (Пи не питал иллюзий в отношении командования имперской армии). Кейичиро сказал, что у этого мира должен быть шанс, и улыбнулся, когда Ямашита поинтересовался причиной подачи. Правда, Пи подозревал, что Кояма до конца не понимал, в какие передрягах ему, возможно, придется побывать и что он пошел на это ради кредитов. Или, например, Кейичиро боялся высоты, но мог преодолеть полосу препятствий на симуляторе в невесомости одним из первых. Еще Кояма никогда не пытался специально угодить Ямашите и не видел материальной выгоды в их сложившейся дружбе, что Пи ценил очень высоко.
После третьего курса, у Коямы заканчивалось обучение. Его не оставляли на второй год и он хорошо сдал все тесты по профессиональной подготовке. Так что спустя полтора года после их знакомства Кейичиро вместе со всем его взводом отправили охранять спокойствие Империи уже на практике. Пи же, как будущему пилоту, предстояло проучиться еще три года. Когда они прощались, Ямашита так и не признался, что будет немного скучать, хотя Кояме это было не нужно. Он читал людей, как открытые книги.

***
В двадцать пять, на третьем году службы Ямашиту Томохису повысили до звания капитана-лейтенанта. Он получил под свое командование небольшой по меркам флота звездолет, экипажем в 87 человек. О, это было не просто корабль, а произведение искусства, с гиперпростраственным двигателем и боекомплектом, способным уничтожить небольшой спутник планеты. Пи не поверил своим ушам, когда узнал, что ему доверили такой потрясающий звездолет вкупе с новой миссией в созвездии Южной гидры. Судя по последним сводкам, в тот сектор в последнее время наведывались черные контрабандисты, поэтому Империя в лице Пи должна проследить, обезвредить и в случае сопротивления уничтожить преступников. «Черные» - значит, торгуют либо военным оборудованием, либо стратегически важными металлами, либо живыми людьми. Ямашита считал, что это неплохое начало для первого самостоятельного задания. С этой мыслю, он собирался подтвердить принятие документов личной печатью на электронном табло компьютера, как раздался сигнал видеозвонка от матери.
Мать просила приехать, что было совершенно некстати: Томохиса собирался вылететь уже завтра. Но она настаивала и сказала, что если Пи не хочет потратить положенные три дня отпуска ради себя, то он должен это сделать, хотя бы ради нее. Пришлось согласиться.

Терра встретила его низкими зданиями косморта и приветливыми переливами стекол высоток мегаполиса, над которым сновали в хаотичном, но родном беспорядке тысячи маленьких и больших кораблей. Даже воздух здесь был чище и свежее, чем на любой планете, которой Япапи удалось побывать. За последний год, что он не был дома, в родном кусочке вселенной ничего не изменилось. Море все так же заманчиво блестело в лучах заходящего солнца, а особняк напоминал европейский замок позапрошлого тысячелетия. Контраст с Клеоном, планетой в системе Сириуса, с которой приехал Пи был настолько ярок, что Томохиса на время даже забыл о слухах, витавших среди старшего офицерского состава. Но стоило ему увидеть гостя матери, статного мужчину лет сорока, с не по годам и не по званию адмирала космического флота пижонской прической, так дурное предчувствие снова дало о себе знать неприятной пустотой где-то в животе. Снова вернулись неприятные мысли о надвигающейся войне с повстанцами, которые в последнее время перешли к активным действиям, вплоть до нападения на имперские корабли и крупномасштабных террористических актов среди населения нескольких лояльных к власти планет.
Несколько веков никто не смел колебаться в незыблемости власти Империи, но в последнее время отдельные планеты и галактики все чаще заявляли о своем желании отколоться или объединиться в республику. Подобные идеи Император жестко отвергал и делал все, чтобы подавить любые восстания. Томохиса же не безосновательно считал, что масштабы нависшей угрозы гражданской войны умышленно замалчиваются, но как и все не подавал вида.

За ужином мать и, сыпля ветвистыми фразами, начала выспрашивать у Ямапи подробности предстоящего задания. Сказать, что это было подозрительно, значит ничего сказать. Подобным образом она разговаривала только на приемах, устраиваемых домом Императора. Но услышав о черных контрабандистах, мгновенно успокоилась, что обострило недоверие Томохисы еще сильнее. А адмирал Кондо Масахиро к ужину не спустился, сославшись на важный видеозвонок.
Ямашита не был человеком, который старался прыгнуть выше головы. Пи часто говорили, что рано или поздно трудоголизм его прикончит, но никогда не обвиняли в том, что он пользовался семейными связями или пытался узнать больше положенного. Но сегодня он чувствовал себя не спокойно. Гражданская война – это совсем не та новость, о которой хочешь узнать последним. Да и мать только подлила масла в огонь расшалившейся подозрительности Томохисы. Возможно, за ужином это было только материнское беспокойство за сына, но мысли о том, как она вела разговор, мешали Пи заснуть. Чтобы не мучить себя, он оделся и решил сходить в библиотеку. Возможно, какая-нибудь раритетная бумажная книга сможет помочь успокоить нервы.
В библиотеке уже кто-то был. Судя по громкому смеху, доносившемуся из-за двери, мать и Кондо Масахиро наслаждались обществом друг друга. Ямапи на самом деле не хотел им мешать и собирался уйти, но, услышав свое имя, замер, напрягая слух. Ему хватило только нескольких предложений, что понять предмет разговора и потом он же не смог сдвинуться с места. Ему предстояло вытерпеть одни из самых долгих и мучительных минут в своей жизни.
Когда стало ясно, что гость с матерью закончили, Пи бесшумно сделал три шага вглубь коридора и спрятался за тяжелым темно-красным гобеленом. «Сопутствующие потери», - вертелось в его голове, отдавая эхом в ушах. «Сопутствующие потери» - это полторы тысячи мирного населения, которых по приказу командования предстоит уничтожить Ямашите.
Нет, они не говорили об этом напрямую, но Ямапи с детства привык читать между строк и слышать то, скрывалось под масками лести и бахвальства. Может быть, кто-то посторонний не смог понять, что за интригу плели те двое за тяжелой дубовой дверью библиотеки, но Пи знал свою мать, как никто другой, и разбирался в двусмысленности, которая может скрываться за словами военного высшего ранга.
Кто-то решил представить нападение на планету, мимо которой должен пролегать маршрут Томохисы, как акт подавления повстанческого движения. На этой планете якобы покрывают черных контрабандистов и крайне враждебно настроены против мирных жителей Империи. Самого Пи они собираются сделать лицом движения против бунтовщиков. Как там сказала его мать: «У мальчика красивое лицо. Парочка выступлений на центральных каналах ему не повредит». Но на единственной населенной планете того созвездия жил давний друг Ямапи и он никогда не упоминал о волнениях среди населения. Последний раз, кода они связывались, он по большому секрету сообщил Пи, что возможно на его планете открыли залежи проленция-2, и все. «Так, стоп. Проленций. Вот в чем дело», - застыл Пи, чувствуя, как покрывается холодным потом спина.
Проленций – крайне редкое и труднодобываемое вещество, используемое при строительстве космических кораблей и роботов с искусственным интеллектом нового поколения. Без проленция не совершить гиперпространственный скачок и без него роботы с искусственным интеллектом и звездолеты будут всего лишь консервными банками. Ямапи не достаточно хорошо знает физику, но точно уверен в том, что те, кто завладеют этим ресурсом в неограниченном количестве, смогут пошатнуть любую власть. Проленций настолько дорогой материал, что Империи выгоднее привлекать на военную службу население с периферии, чем строить армию роботов.
Ямапи кусает губы и думает о том, что мать всегда была недовольна своим всего лишь девятнадцатым местом в очереди на трон, а потом срывается с места, забывая о конспирации. Но Скайнет отказывается связываться. Видимо, они уже заблокировали любые контакты с планетой. Пи морщит лоб и вышагивает по своей комнате. Скорее всего, задание будет выглядеть, как простое патрулирование, а потом из центра придет срочная депеша, обязывающая вычистить сопротивление до последнего человека. Приказы не обсуждаются, и Ямапи придется выпустить на один единственный город на планете десяток ракет, начиненных каким-нибудь смертельным газом. Несколько недель карантина и можно будет добывать драгоценный проленций без долгих переговоров о налогах и внимания прессы к новому открытому месторождению.

Все случается именно так, как он предсказывал. Патрулирование, срочное донесение о готовящемся восстании и базе контрабандистов, которых покрывают местное население, причем в невероятно заниженном числе. Вот она, точка перелома, после которой понятия о морали и чести стираются. Падают руинами стены, сознательно воздвигаемые армией и семьей, на раскаленную от собственных мыслей совесть. Ямапи сглатывает комок в горле и вводит на контрольной панели несколько кодов.
Первым спохватывается второй помощник капитана, но Пи уже в отсеке со спасательными шлюпками и истребителями. Бортовой компьютер, Джейн, отключилась, боевые орудия и главный двигатель заблокированы, ракеты сброшены в космос еще после выхода из гиперпространственного прыжка, а письмо с предупреждением отправлено другу по военному зашифрованному каналу связи, который невозможно заглушить. Линия жизни Томохисы никогда не пересечет точку перелома. По крайней мере, не сегодня.
Ямапи надевает защитный шлем и думает, что совсем не зря получал в академии высокие оценки и что иногда некоторые компьютерные вирусы могут быть весьма полезны. Жалко, только что уйти далеко на своем маленьком кораблике он не успеет – рядом с его уже бывшим звездолетом завис сопровождающий. Пи точно знает, что ракеты, которыми был оснащен его корабль, не входят в стандартное вооружение звездолетов, и что загрузили их под подписку о неразглашении двух техников и самого Томохисы, который якобы не должен был ведать, для чего они предназначены. Значит у сопровождающего корабля их, скорее всего, нет. Да и звездолеты их класса не приспособлены для входа в атмосферу, поэтому Пи надеется, что сделал все, чтобы мирные жители не пострадали.
Погоня длится недолго. Три против одного, но Томохиса успевает уйти в подпространство, получив всего одно прямое попадание от истребителя в корпус своего корабля. Впрочем, теперь он не знает, в какой части космоса находится: не успел правильно ввести координаты. В голове шумит из-за неправильного входа в гиперпространственный скачок, а приборы показывают постепенное снижение скорости - преследователям удалось пробить обшивку и главный двигатель в хвостовой части. Ямапи пытается не потерять сознание, но глаза закрываются сами по себе и он безвольно соскальзывает с кресла пилота.

***
Токуда единственный из заложников, которого группе Коямы удается спасти живым из захваченного пиратами межпланетного космического судна. Кейичиро уже не новичок и за его плечами десятки спасательных операций, но сотни искореженных тел, разбросанных по всему пассажирскому лайнеру, с застывшими на лицах страхом вызывают у него тошноту. Кояма прислоняется к некогда удобному креслу в главном зале и поправляет и без того идеально сидящую защитную маску. Они опоздали со своим спасением: пираты перед тем, как покинуть разграбленное судно заминировали его, и теперь здесь нужны не бравые ребята с бластерами наперевес, а сотрудники полиции из отдела по расследованию убийств в космосе. Кейичиро уже собирается выйти из зала, когда его взгляд цепляется за тело маленькой девочки в голубом платье, которую держит за руку молодой парень. Кояма старается не поддаваться мыслям о том, что его племянники примерно такого же возраста, как эта девочка, когда парень неожиданно приоткрывает глаза. Кейичиро реагирует мгновенно: вызывает врачей и, сев на колени перед молодым человеком, вкалывает ему стандартный набор медикаментов. У пострадавшего, кажется, сломаны ноги, и прибор не показывает его пульса, но он смотрит прямо в защитную пленку маски Кейя удивительного чистыми темно-карими глазами.
Этому молодому человеку невероятно повезло, что он остался жив и его нашли. Когда отряд Коямы ступил на борт, все датчики, которыми проверили корабль, не зарегистрировали признаков жизни. Да и специалист по взрывотехнике клялся, что после взрыва по судну распространился ядовитый газ, и в живых остаться было фактически невозможно. Но вот теперь Токуда Казуо, так представился уцелевший, спокойно лежит на кровати в медотсеке, сложив руки на груди.
Кояма сам не знает, зачем он пришел навестить спасенного. Не будет же он рассказывать, что после того, как Токуду вытащили из поврежденного корабля, всем членам спасательной операции пришлось проверять тела погибших на наличие пульса, потому что датчики аномально не зарегистрировали биение жизни Казуо. А потом по кораблю пошли шепотки, что кости «того самого парня» срослись с утроенной скоростью и что теперь корабль сменил курс на столицу системы, потому что главный врач попросил об этом капитана.
Наверное, Кейичиро просто хочет лично убедиться в нормальности Токуды. Но когда Кояма только заходит в палату, и Казуо переводит на него взгляд, то все внутри у него сжимается от нехорошего предчувствия. Над кроватью больного зависли синие полосы энергоклетки, которую включают только когда перевозят раненых преступников. Кояма хочет выйти, так и не сказав не слова, но его останавливает окрик Токуды:
- Эй, постой. Я даже тебя не поблагодарил.
Кей пересиливает себя и садится на соседнюю кровать.
- Спасибо, что спас меня, - голос у выжившего низкий и пробирает до костей, по крайней мере, так кажется Кояме, который уже успел придумать не самую чистую биографию для Казуо. – И я не преступник.
Кейичиро скептически поднимает брови и кивает в сторону клетки, на что Токуда только хрипло смеется:
- Разве ты не должен был сказать: «Не стоит. Это мой долг»?
Кояма не отвечает, но и не уходит. Ему любопытно, почему датчики все-таки не сработали, спасательный отряд они отмечали исправно.
- Послушай…
- Кояма Кейичиро.
- Кояма, если я попрошу помочь мне еще раз. Ты поможешь? – медленно и осторожно пробует Токуда.
- Я буду содействовать в побеге подозреваемому в преступлении, - безэмоционально отвечает Кей.
- Но я ни в чем не виновен.
- Тогда почему тебя держат в клетке?
- Чтобы не сбежал.
- Логично, - устало говорит Кояма и собирается уйти. – Но это не ответ.
- Если я скажу правду, то, боюсь, ты посчитаешь меня сумасшедшим, - пожимает плечами Токуда.
- Значит, я должен помогать, не зная, кому помогаю?
Казуо молчит, видимо, мысленно что-то для себя решая, и от зависшей в отсеке тишины Кояме становится не по себе.
- Нет, - Токуда делает паузу. – Если я расскажу, кто я такой и почему меня здесь держат незаконно, ты поможешь мне сбежать?
- Чтобы ты не сказал, вряд ли для этого найдется достаточно доказательств. А у нас на флоте в энергоклетки беспричинно не сажают, - Кояма здесь немного лжет. Прецеденты имели место быть, но Токуде, как гражданскому, лучше не знать о некотором несовершенстве понимания законности на военно-космическом флоте.
- Ваши датчики фонили, так? – сбивчиво начинает Казуо. – И даже сейчас не показывают моего пульса? И курс вы, наверняка, сменили на какую нибудь планету с развитыми медицинскими лабораториями? – он принимает вертикальное положение на кровати и, сверкая глазами, продолжает. – И, если персонал медотсека был достаточно болтлив, то про мою способность к регенерации уже наверняка пошли слухи.
- Этому можно найти объяснение.
- Кояма, ты же военный человек. Разве ты когда-нибудь видел, чтобы берцовая кость срасталась за пять дней, даже при использовании стимуляторов роста тканей?
Кей ничего не отвечает. Такое быстрое выздоровление действительно аномально. При всем прогрессе медицины за последние сотни лет, человечество не научилось заставлять клетки собственных организмов делиться быстрее.
- И что? Ты хочешь сказать, что ты какой-то сверхчеловек и теперь тебя везут в лабораторию, чтобы ставить опыты? – посмеиваясь над собственными словами, спрашивает Кояма.
- Про лабораторию ты угадал. Только… - напряженно отвечает Казуо, выдерживая драматическую паузу.
- Что?
- Только я не человек, - наконец безрадостно признается он.
И вот теперь Кояма смеется в голос:
- Инопланетян не существует. За тысячу лет ни одного не встретили, а тут вдруг ты?
Токуда пожимает плечами и говорит: «Смотри». Он оттопыривает указательный палец на левой руке, ноготь на котором начинает стремительно расти, прямо как в старых ужастиках докосмической эры. Ноготь отрастает примерно на пару сантиметров, а потом Казуо с силой проводит им по внутренней стороне предплечья, до крови раздирая кожу. Через полминуты свежая рана заростает, не оставляя после себя ничего, кроме воспоминания.
Кояма ошеломленно молчит: такие трюки человеку точно не под силу. Потом его вдруг осеняет:
- Может быть, ты мутант из зараженной территории?
- Думай что хочешь, мне все равно. Просто, - Токуда не секунду замолкает. – Я не хочу сгинуть в какой-нибудь лаборатории. – Его голос начинает звенеть отчаянием с каждым новым произнесенным словом. – Посмотри мои снимки, они заперты в сейфе врача. На них два сердца. Кояма, я знаю, что не вправе просить тебя, но, пожалуйста, помоги мне исчезнуть. Я клянусь, что никому никогда не причинял вреда.
Кояма некоторое время не говорит и хмурится, а потом произносит тяжелым тоном:
- Ты это зря сделал. На всем корабле ведется видеонаблюдение, и этот фокус сейчас точно засекли.
- Нет, я подключился к бортовому компьютеру, и кое-что поменял в системе.
- Это невозможно, - всплескивает руками Кояма.
Токуда достает из-за пазухи украшение похожее на темный, не отражающий свет металлический шар и начинает объяснять, что это миникомпьютер. А в это время в голове Коямы начинает вырисовываться нелицеприятные картины будущего его нового знакомого. Кей думает, что он может хотя бы убедиться в «двух сердцах» перед тем, как развернуться и уйти. Поэтому он жестом прекращает поток слов Казуо и говорит:
- Хорошо. Но я не смогу открыть сейф, у меня нет электронного ключа.
- Зато у меня есть, - шепчет Токуда. – И достает из-под подушки личную карту врача. Стащил во время осмотра.
Кояма только качает головой и берет просунутый сквозь прутья силового поля ключ. В сейфе помимо всякого разнообразного медицинского хлама лежит папка с электронными снимками. Когда Кей достает первый, его сердце бухает вниз. На снимке действительно два сердца, причем он отмечен именем Токуды с печатью врача космофлота. Печать цифровая и ее невозможно подделать, как собственно и сам снимок: он защищен от копирования и изменения на молекулярном уровне. На следующем тоже самое, и снова те же подписи и печати. Он вытаскивает еще три одинаковых снимка и, сделав глубокий вдох, поворачивается к инопланетянину.
Токуда сидит на коленях и с надеждой смотрит в лицо Коямы, который уже проклинает свое нестерпимое чувство справедливости: оставить живое существо погибать в застенках лабораторий Империи он не может. Мысль помочь приходит спустя еще несколько мгновений и теперь ему даже становится легче на душе, будто вдруг схлынуло неприятное чувство неправильности, которое преследовало его последние дни.
- Что ты от меня хочешь?
Казуо мгновенно оживляется и начинает тараторить:
- Проведи меня через охрану к кораблю с гиперпространственным двигателем. Видео на камерах я буду контролировать. Все, что мне нужно, это пройти мимо живых людей.
- Ты предлагаешь мне украсть космолет? – явно неготовый к такому повороту событий удивляется Кейичиро.
- Нет, его украду я. Достань мне только форму охраны и мультиключ к отсекам.
Кояма только хмыкает и, не сказав ни слова, выходит из комнаты.

Кейя поначалу мучает совесть: он не доложил о произошедшем капитану и не отвергает шальной мысли о помощи инопланетянину. Тогда в медотсеке он был слишком оглушен произошедшим. Но сейчас у него есть время поразмыслить над сложившейся ситуацией. Во-первых, парень явно не человек. А если и человек, то на этой его регенерацией Империя точно захочет заработать, и между тем разобрать каждую клетку его организма на отдельные составляющие. Кейичиро знает почти из первых рук, что бывает с теми, кто может принести весомую пользу Империи. Однажды он участвовал в операции по «спасению» из гнета повстанцев одного известного ученого. После передачи того ученого, который кстати сопротивлялся, в руки Империи, его больше никто не видел, даже собственная дочь. Кояма знает об этом, потому что когда уже седого дедушку в годах бережно спускали по трапу шлюбки, он яросто бился в поддерживающих его за локти руках и молил написать его единственной дочке. Так вот, капитан, спустя год, изрядно напившись, проболтался, что девушке он написал. Оказалось, ученый за последние несколько лет так и не объявился, а девушка настолько сильно понравилась капитану, что он решил помочь ей отыскать своего отца. Поиски не дали результатов, разве что капитану пригрозили сверху, что если он их продолжит, то лишиться звания, а с девушкой может произойти несчастный случай. Во-вторых, Кейичиро испытывает к государству не самые теплые чувства. Его родная планета сейчас переживает тяжелый экономический кризис из-за того, что Империя буквально до небес взвинтила цены на поставки зависимой от импорта Ксантиппе. В-третьих, парень не похож на убийцу или преступника, а Кейичиро привык доверять своему сердцу. Пожалуй, Империя не обеднеет, если лишиться одного космолета. Главное, действовать осторожно.
Незаметно достать форму легко. Кояма всего лишь берет лишнюю, когда в прачечной им выдают свежие, а вот с мультиключом пришлось повозиться. Кей прикинул, что для того чтобы добраться до отсека с легкими кораблями Токуде понадобится ключ третьего доступа, такой же как у самого Коямы. (Второй доступ был техников, первый у пилотов и старшего офицерского состава.) Отдавать свой – значит нести ответственность за побег, так как каждое открытие дверей автоматически отмечалось в системе корабля, и Кейичиро был не их тех людей, которые ради успокоения собственной совести могли подставить товарища. Он уже почти отчаялся найти выход, когда один из новичков получил травму в время пролета через астероидный пояс. Звездолет как раз вышел из подпрастранства, чтобы скорректировать курс, как на тело судно обрушился шквал из космического мусора и обломков метеоритов. Новичок с непривычки слишком рано выскочил из ремней безопасности и, из-за своей опрометчивости потеряв равновесие, получил травму головы. Пока пережидали тряску и включали носилки на электромагнитной подушке, Кояма успел незаметно вытащить его ключ. Так же он вызвался довезти раненого до медотсека, где, воспользовавшейся суматохой вокруг новичка и под аккомпанемент новой волны метеоритов, передал форму и ключ Токуде, который с помощью своего украшения на миг отключил силовое поле клетки. Последнее, что Кей помнит, перед своим уходом из медоссека, это благодарную улыбку инопланетянина.

Токуда нашел его спустя два года, когда Кояма напивался в баре в честь окончания пятилетнего контракта с Империей. Сначала Кейичиро не поверил своим глазам, когда за его столик с теперь бывшими сослуживцами подсел молодой мужчина в очках. Потом Казуо извинился перед компанией и потащил Кояму на улицу. В памяти мгновенно протрезвевшего Коямы тут же всплыли события минувших лет.
На улице Кей стоит, прислонившись к кирпичной стене здания, и таращится на невозмутимого инопланетянина. Оба не решаются заговорить, пока Токуда не протягивает для рукопожатия руку:
- Я так тебя и не поблагодарил, - и через паузу продолжает. – Большое спасибо.
Кояма сжимает ладонь в ответ и с подозрением в голосе спрашивает:
- Ты нашел меня только ради этого?
- Нет. Я хочу вернуть долг.
- Как? - поднимает бровь Кей.
- Разделишь со мной бизнес?
- Предлагаешь воровать космолеты?
- Нет. Конечно, нет, - Токуда заливисто смеется. – Грузоперевозки. Честный и относительно безопасный способ заработать.
Кояма достает полупустую пачку сигарет и закуривает. Грузоперевозки действительно неплохой способ пополнить счет кредитами, да и перспективы у Кейя сейчас незавидные: либо продлить контракт, либо вернуться на родную планету, либо устроиться тренером какой-нибудь школе, без шанса снова подняться на космос. Вариант работы наемником он даже не рассматривает. Инопланетянина Кояма не боится, поэтому не видит причин отказываться. Может быть, это слишком рискованно с его стороны, но он делает длинную затяжку и говорит:
- Ладно, я согласен, но только на чистые контракты.
Успевшая померкнуть улыбка Токуды расцветает с новой силой, и он заговорчески шепчет:
- Кстати, если уж на чистоту… Меня на самом деле зовут Като Шигеаки.

***
На первый взгляд корабль Шиге напоминал старую развалину, неспособную даже подняться в космос, да и на второй тоже, потому что, по крайней мере, раз в месяц какая-нибудь деталь в нем изнашивалась и требовала замены. Но с другой стороны, двигатель был способен развивать неприлично высокую скорость для звездолетов этого класса, и ни разу за год, что Кояма и Шиге летали вместе, не сломался во время рейсов. Возможно, дело в том, что Като знал на корабле каждый винтик, а бортовой компьютер при всей несносности своего характера был способен на удивительные вещи.
О, да! У компьютера была личность, и он был совершенно не похож на безликих роботов, к которым привык Кояма. Компьютер звали Тегоши Юя, и это был эгоистичный, довольно дерзкий, иногда хвастливый и частенько своевольный, но жизнерадостный набор микросхем, помешанный на пении и древних видах спорта. Шиге как-то сказал, что его электронный мозг поврежден, и поэтому без уменьшения работоспособности удалить личность невозможно.
Тегоши любил подшучивать над Коямой, Като и случайными пассажирами, которых они иногда подвозили, чтобы обеспечить себе дополнительный заработок. Довольно жестоко иногда. Тегоши не упускал возможности поболтать с каждым человеком, с которым знакомился, но при этом редко увлекался кем-то кроме себя. Кояма часто потакал ему, но ничего не мог с собой поделать. Например, Кейичиро нравилось устраивать полуночные караоке концерты на пару с Юей. Эти выступлениям Шиге почему-то не симпатизировал и сильно раздражался, когда Тегоши обвинял его в ревности. Кей так и не к чему именно ревновал инопланетянин: то ли к Кояме, то ли к голосу Тегоши, так как Шиге совершенно не умел петь. Еще Юя мог часами упрашивать Шиге, перекрасить обшивку корабля в розовый цвет с узором в виде черепов или, зависнув глазом камеры над плечом Като, назойливо указывать, как именно нужно менять втулки. Шиге закатывал глаза и сильно заводился, но в итоге все равно не мог сердиться слишком долго: Тегоши отчасти напоминал милого ребенка, на которого не действовали угрозы замены или полного отключения. Когда ситуация накалялась, Юя строил глазки на экранах мониторов и щебетал: «Но вы же меня любите?» Шиге только отмахивался и бурчал что-то в свой миникомпьютер, висящий на шее, а Кей всегда хотел угостить компьютера конфеткой. Или что там роботы любят?

***
На Ниобеии их не пустили дальше косморта, так ни Коямы, ни у Шиге не было паспортов или разрешающих печатей для передвижения по планетам созвездия Лиры. Так что они отдали груз, получили свои кредиты, но не смогли найти нового контракта. Хотя Шиге удалось подхватить двух пассажиров, которым было по пути. Флегматичного доктора с манией чистоты (Кояме пришлось выслушать целую лекцию о крошках.) и его пациента, который после устройства на корабле, ни разу не вышел из каюты.
Но худшее было не в убыточном полете с пустым трюмом, а в том, что у Шиге снова начались приступы. Эти приступы случались не часто: за весь год всего три раза. Но у Като снова сильно ухудшилось зрение, инопланетянин стал вялым, медлительным и мог в любой момент потерять сознание. Шиге давно объяснил Кояме, что это последствие ядовитого газа, которым тот надышался прямо перед первой встречей с Кейем, но ничего смертельного в этом нет. Поэтому после скачка в гиперпространство Като отправился спать, а Кояма только отмахнулся от предложения доктора, его звали Масуда Такахиса, осмотреть бледного пилота. За семнадцать часов полета в подпространстве не произошло никаких происшествий, а после выхода из него Тегоши уведомил о том, что зафиксировал дрейфующее небольшое судно, на расстоянии в двадцать минут полета. После небольшого спора Кояма убедил Шиге проверить, не потерпел ли тот корабль крушение.

***
Ямапи очнулся от громкого крика «Шиге». Спустя несколько мгновений, он понял, что находится на незнакомом корабле и кричат видимо по громкой связи. Он осторожно спустил ноги с койки и вдруг заметил фотографию, приклеенную к противоположной стене. С нее ему улыбался мужчина в окружении немолодой женщины, девушки и двух маленьких детей. Пи улыбка показалась знакомой, поэтому он медленно приблизился, чтобы рассмотреть внимательнее, а потом вдруг на него нашло озарение.
«Кояма», - не переставая, вертелось в его голове, пока он искал выход к капитанскому мостику. На полпути Ямапи услышал громкие голоса за одной из дверей. Он нажал кнопку открытия, и когда переборка с неприятным звуком поднялась вверх, то увидел отсек, который напоминал столовую, и троих мужчин, застывших вокруг сидящего на полу бледного парня.
Когда самый высокий обернулся, Ямапи почувствовал облегчение.
- Очнулся? – Кояма попытался улыбнуться, но Пи почувствовал в его голосе больше беспокойства, чем радости от неожиданной встречи.
Через мгновение вместо ответа Ямашита уже наставлял бластер на черноволосого мужчину с перевязанной левой рукой, стоящего рядом с Кейем. Впрочем, тот не остался в долгу: Томохиса не был уверен, что первым потянулся к своему оружию.
- Нишикидо.
- Рад познакомиться, лейтенант Ямашита.
- Капитан-лейтенант, - Пи знает, что это уже не важно, но от старых привычек за один миг не избавляются. – Ориентировки в штабе не лгали насчет твоего роста.
Они несколько мгновений сверлят друг друга взглядами, в то время как Кояма делает небольшой шаг назад, чтобы оказаться за спиной Нишикидо. Кей готовится оглушить Рё, но ему мешает раздавшийся по громкой связи голос.
- Не хочу вас перебивать, но с корабля Империи требуют выдать им дезертира, которого мы якобы спасли. Кстати, их оружие направлено на мой прекраснейший корпус.
Нишикидо моргает, а потом расплывается в ухмылке:
- Капитан Ямашита, ты что сбежал со своего поста?
Пи угрюмо молчит и крепче сжимает бластер, пряча взгляд от удивленного Коямы. Первым разбивает тишину человек, сидящий на полу:
- Значит, что мы имеем? – он морщится и трет виски. – У нас на корабле есть дезертир и его сослуживец. Не перебивай, Кояма, как будто ты не знаешь, что первым попадешь под подозрение в укрывательстве, – мужчина осторожно встает с пола, отказавшись от руки помощи, склонившегося над ним человека. – Еще, обвиняемый в организации повстанческого движения на Персефоне. Нишикидо Рё, я только что вспомнил, где видел твое лицо. И наконец, гражданский доктор с поддельными документами, – резюмирует он.
- О, ты заметил, - флегматично замечает мужчина, помощь которого говоривший отверг.
- Ты, забыл про меня, Шиге – щебечут по громкой связи.
- Конечно, Тегоши, как я мог? И сломанный искусственный мозг.
- Я не сломанный, а уникальный! – обиженно отвечает компьютер, а потом, сделав паузу, продолжает. – С Имперского корабля передают, что выпустят по нам заряды, если мы немедленно не выйдем на связь.
- О, прекрасно, - закатывает глаза Шиге. – Нас поджарят, если мы не ответим или упрячут на долгое время, если все-таки ответим. Кстати, если будете стрелять, не вздумайте, что-нибудь повредить на корабле.
- Шиге, ты так обо мне заботишься, - сладко тянет Тегоши.
- Я забочусь о стоимости ремонта.
Кояма вдруг делает выпад и мгновенно обезоруживает Нишикидо, который глухо стонет и прижимает перевязанную руку к груди.
- Я уже думал, ты никогда не догадаешься, Кояма, - говорит Шиге. – Что будем делать? У нас осталось пару минут.
- Вы можете выдать меня, - предлагает Ямапи, опустив свое оружие.
- А потом они найдут Кояму и обвинят его в помощи тебе. А с Нишикидо что? Выкинуть за борт?
- Больше ничего, не придумал, умник? – шипит Рё. – Я тебя самого выкину, - потом он прикрывает глаза и с неохотой продолжает. – Если вы придумаете, как добраться до Исемены, то я знаю там место, где можно спрятаться.
- Другого выхода у нас все равно нет, - обреченно пожимает плечами Кейичиро.
Шиге кивает и, показывая рукой на Ямапи, говорит:
- Кояма сказал, что ты пилот. Сможешь уйти от имперского корабля?
- На этом? – Пи делает удивленное лицо неопределенный жест рукой.
- Да, на этом. А я займусь двигателем, чтобы он смог выдать скорости по максимуму, - раздраженно отвечает Шиге.
- Хорошо, где у вас рубка пилота?
- Я провожу, - спохватывается Кояма.
Шиге снова кивает и первым выходит из отсека, чтобы спуститься вниз, к двигателю, не обращая внимания на хмурого Нишикидо и невозмутимого Масуду.
Когда Ямапи садиться в кресло пилота, он расслабляет напряженные плечи и привычным движением кладет руки на приборную доску. Из динамиков раздается жизнерадостное тегошино: «Это будет весело», и Пи отдает приказ «Полный вперед».

@темы: |фанфики|, |Yamashita Tomohisa|, |Tegoshi Yuya|, |Nishikido Ryo|, |Masuda Takahisa|, |Koyama Keiichiro|, |Kato Shigeaki|, |Akanishi Jin|

Комментарии
2011-12-28 в 17:22 

.aku
Верноподданная королевства Като.
продолжение

2011-12-28 в 17:23 

.aku
Верноподданная королевства Като.
читать дальше

2011-12-28 в 17:24 

.aku
Верноподданная королевства Като.
читать дальше

2011-12-28 в 17:24 

.aku
Верноподданная королевства Като.
читать дальше

2011-12-29 в 18:40 

TamaGaya
- Не вмешивайся, Араки! - Буду!
На первый взгляд корабль Шиге напоминал старую развалину, неспособную даже подняться в космос, да и на второй тоже, потому что, по крайней мере, раз в месяц какая-нибудь деталь в нем изнашивалась и требовала замены. Но с другой стороны, двигатель был способен развивать неприлично высокую скорость для звездолетов этого класса, и ни разу за год, что Кояма и Шиге летали вместе, не сломался во время рейсов. — "Тысячелетний сокол" Хана Соло, да?)))))))))))
Как любитель и знаток фантастики, скажу — мне понравилось!:vo: классный фанфик:super::super::super::super::super::super::super::super::super: похороны феи - это нечто!:lol::lol::lol::lol::lol::lol::lol::lol::lol: надеюсь на скорое продолжение!

2012-01-14 в 13:56 

простите, что серый мимопроходящий анон внезапно подаёт голос, но... не поблагодарить за такое показалось абсолютно невозможным *shy*
Фанф - мечта! Идея как таковая, общее исполнение и детали... аллюзии на "Светлячка" и ЗВ и т.д., обалденски подобранные ребятам образы, приколы... Класс)))) /в особом порядке тащится от использования имени Токуды и Сакураи-повстанца/
есть кое-где "языковые" огрехи, но они ничего не портят, читать интересно очень.
Огромное Вам спасибо, .aku

URL
2012-01-15 в 21:41 

.aku
Верноподданная королевства Като.
Toliman,
"Тысячелетний сокол" Хана Соло, да?
ммм... нет? не знаю... как-то шиге подходил этот корабль))

ну что ж я очень рада. мне мега приятно читать подобный отзыв, но вот насчет продолжения не буду обнадеживать.
во-первых фик валяется незаконченным с весны (я просто перетащили его с основного днева), а во вторых я вроде как свалила из фендома. так что вряд ли вы дождетесь продолжения.

дорогой анон, я в восторге от вашего коммента. пусть я давно забила на свои писательские потуги, но получать приятные отзывы мне неизменно приятно.
спасибо, что упомялули про образы. я старалась сделать героев хоть немного живыми))
про языковые "огрехи". да знаю я, что написано абы как. эту космохрень необходимо серьезно бетить.(((

2012-01-15 в 23:46 

TamaGaya
- Не вмешивайся, Араки! - Буду!
.aku
насчёт Сокола - вольно или невольно, но вы описали самый знаменитый фрахтовик в космической фантастике, точнее, подали его технические характеристики.

2012-01-15 в 23:53 

.aku
Верноподданная королевства Като.
Toliman,
нууу... это возможно))
я вообще очень люблю фантастику, а корабли с подобными характеристиками встречаются в этом жанре весьма часто)) мб, это было неосознанно))

2012-01-15 в 23:55 

TamaGaya
- Не вмешивайся, Араки! - Буду!
.aku
позволь возразить - я признала именно Сокол, настолько это было точно))))))

2012-01-16 в 00:25 

.aku
Верноподданная королевства Като.
Toliman,
посмотреть что ли часть про этот сокол? :-D мне пришлось загуглить название, чтобы понять что эта. :-D
по мне так эта идея довольно избита. я не вижу в ней ничего особенного, но если вам он напоминает сокол - окей)) спорить не буду.

2012-02-19 в 17:46 

~Elis Keller~
«Мы не подходим друг другу. Я скорпион, а ты идиот!»/ ТегоПи - connecting people(с)
Могу поинтересоваться? Продолжение предвидеться? очень понравилась история))

2012-04-04 в 17:35 

.aku
Верноподданная королевства Като.
~Elis Keller~,
Спасибо за комментарий.
Нет.

   

aku's translations

главная